Анонсы

 

 
 ПОЖЕРТВОВАТЬ

 

• На ведение миссионерской деятельности... Подробнее…

 

 
 ПОЛЕЗНЫЕ РЕСУРСЫ

  

stsl.ru


Газета "Маковец"  >>

predanie.ru

 

29.07.2012

Прогулки по Улице Октябрьского Поля

Отмечая 1 августа праздник преподобного Серафима, ныне и возможным, и актуальным стало освещение истории города Сарова, места подвигов преподобного. Не секрет, что при наличии жития преподобного, судьба города Сарова тщательно и долго замалчивалась. И связанным это оказалось с тем, что после 1945 года город превратился в двойника известной народу «канавки Богородицы», созданной трудами преподобного, в «канавку» — ядерный щит страны, удела Богородицы. И, как говорил преподобный дивеевским сестрам: «сатана не преодолеет ее, так и саровскую «канавку» не преодолел в свое время враг».

Прогулки по Улице Октябрьского Поля

А было вот что. 16 июля 1945 года Америка произвела успешный взрыв первой в мире атомной бомбы. И сразу же, на следующий буквально день, новое оружие уже было использовано для политического удара по СССР. 17 июля 1945 года на Потсдамской конференции Трумэн сообщил Сталину о владении Америкой оружием «исключительной силы». 6 и 9 августа Америка сбросила бомбы на Хиросиму и Нагасаки. 4 сентября ВВС США была поставлена задача: «Отобрать приблизительно 20 наиболее важных целей, пригодных для стратегической атомной бомбардировки в СССР». В список вошли следующие города: Москва, Ленинград, Горький, Куйбышев, Свердловск, Новосибирск, Омск, Саратов, Казань, Челябинск, Нижний Тагил, Пермь, Магнитогорск, Новокузнецк, Ярославль, Иркутск, Баку, Ташкент, Тбилиси, Грозный. И мало ныне кто знает, что на льдинах Ледовитого океана существовал наш аэродром для истребителей перехватчиков. Аэродром, который восстанавливать для полетов приходилось каждый день. Жизнь страны висела на волоске.

Вот почему 20 августа 1945 года Государственный Комитет Обороны сформировал Специальный Комитет по созданию ядерного щита СССР. В него вошли: Берия — председатель, Маленков, Вознесенский, Первухин, Ванников, Завенягин, Курчатов, Капица. Было создано и Первое Главное Управление, рабочий орган Комитета: Ванников – председатель, Завенягин (замнаркома внутренних дел), Борисов (начальник отдела боеприпасов Госплана), Мешик (Замнаркома внутренних дел), П.Я. Антропов (замнаркома Цветмета), Касаткин (замнаркома Химпрома). Измотанная, обескровленная, с разрушенным хозяйством страна сразу же после труднейшей победы над врагом оказалась перед лицом поражения.

Прогулки по Улице Октябрьского Поля

Ситуация была столь тяжела и остра, что тот самый безбожный, всеведущий и страшный Комитет вынужден был прибегнуть к помощи и покровительству двух великих русских святых: к преподобному Серафиму Саровскому и, чуть позже, к преподобному Сергию Радонежскому. И святые, зная нависшую над народом беду, не отказали в помощи. В воспоминаниях генерала Деникина приведен интересный рассказ белого офицера. В тяжелом бою он был ранен. Очнувшись, стал осматриваться и увидел, что по полю боя идет Христос и кладет венки на тела погибших воинов. Белых и красных. «Что Ты делаешь, это же враги!» — вскричал офицер. На что Христос спокойно ему ответил: «Это дети Мои». И вот сколь действенной оказалась помощь святых. За четыре года была разработана теория ядерной бомбы и методика ее расчета (Нобелевская премия), создан ядерный щит страны, рассчитана (Нобелевская премия) и создана водородная бомба, первая в мире. Первый спутник – русский, первое животное в космосе – наша Лайка, первый космонавт — русский.

Книга известного австрийского публициста Роберта Юнга по истории создания бомбы, названа так: «Ярче тысячи солнц». Да, Огненный Шар взрыва (это научный термин ядерщиков), имея температуру в миллионы градусов, действительно сияет как солнце. Поразительно, что Юнг, будто был на беседе Мотовилова с преподобным Серафимом и использовал те же сравнения сияния лица преподобного, что и Мотовилов. А лицо преподобного сияло как солнце вот почему.

Прохор, будущий преподобный Серафим Саровский, родился в Курске в купеческой семье. Его избранничество явлено было с детства: невредимое падение с колокольни и исцеление от водяной болезни. Когда пришло время решать, кем быть, Прохор пошел в Киев, где и получил благословение в Саровский монастырь. В сане еще дьяконском он сподобился явления ему Господа Иисуса Христа, а впоследствии, двенадцатикратного явления ему Пресвятой Богородицы. Избрав основным направлением своей монашеской жизни внутреннее делание, он уходит на пустынножительство в близлежащие к Сарову леса и там принимает, как известно, подвиг столпничества: 1000-невное стояние на камне. Подвиг трудный, как, впрочем, любой подвиг. Мирские люди получают за подвиги звания героев, а монашествующие – дары от Господа.

Что такое подвиг в православии? Это преодоление «естества уставов». Да, подвиг сопряжен со страданием. Крестным мученичеством Христос умертвил смерть. Поэтому любой мученик во имя Христа умерщвляет в себе грех: «Пострадавший плотью перестает грешить». Следовательно, мученичество есть критерий любви ко Христу, и без него христианства нет вообще. У каждого – свой крест, по силе (например, безропотное несение семейных скорбей).

Прогулки по Улице Октябрьского Поля

Столпничество – подвиг, связанный с тяжкими формами преодоления «уставов естества», то есть плоти. Подвижник подражает несению крестных страданий Христа. Терпением страданий плоти, преодолением ее законов, подвижник повергает сатану под ноги Христа. Понятно, что нести это самовольно никто не сможет. Подвиг – удел избранных. Как апостолам, избранным, Христос дал «власть наступать на змею, и на скорпию, и на всю силу вражию», так и подвижникам дается такая власть. Отсюда понятна жестокость и тяжесть подвига. Но, поразительно (это-то и тестирует, однако, угодность подвига Христу), страдания дают радость, яркую, сладкую радость. Вот почему, кстати, святитель Лука (Войно-Ясенецкий) книгу свою назвал «Я полюбил страдание». Если подвиг угоден Богу и совершается правильно, то страдания, через радость победы над врагом, влекут к еще большим страданиям: «И влечется душа к молитве непрестанно, и не может забыть Господа ни на секунду». Теперь, я думаю, понятно вам будет обычное приветствие преподобного Серафима: «Христос воскресе, радосте моя!». Подвижник ощущает в себе Христа и имеет право сказать: «Уже не я живу, но живет во мне Христос. А что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божия».

Итак, нам с вами очевидна стала критичность той ситуации. Страна оказалась после 16 июля 1945 года перед угрозой гибели. Понятен стали выбор места для создания ядерного щита – Саров. Но мозговым центром проблемы, уже сложившимся ранее, был все-таки не Саров, а Московский НИИ Химической Физики. Директором его был академик Н.Н. Семенов. Выбора тут быть не могло: уже более десяти лет кинетика химических реакций была основной тематикой Химфизики. Институт изучал детонацию и цепные химические процессы, поэтому его разработки оказались чрезвычайно своевременными и востребованными.

В автобиографической статье, опубликованной в «Журнале химической физики» к 80-летию Семенова («Как я стал Нобелевским лауреатом»), Николай Николаевич шутливо написал: была какая-то девочка, аспирантка, она принесла мне тетрадку с результатами своих экспериментов по соединениям фосфора. Я прочитал, бросил тетрадку в ящик стола и забыл. Как-то был семинар в Институте вычислительной математики. Проводил его академик Марков. Докладывал он о своих знаменитых цепях. Сижу я и слушаю, а ощущение такое, что все это мне уже давно известно. Вспомнил тетрадку. Отыскал. Опубликовал. И стал лауреатом. Шутка шуткой, а на деле была серьезная и трудная наука, давшая в финале две Нобелевские премии, ядерную и водородную отечественные бомбы. По сути своей, как атомная бомба, так и водородная базируются на экзотермической химической реакции. У нее свои классические законы на критические параметры: температуру, давление и объем. Их-то и надо было научиться рассчитывать. Константами скоростей реакции занимался в Химфизике академик Кондратьев, цепными процессами и детонацией – будущие академики Харитон и Зельдович. Эти-то двое и были командированы в Саров, а Кондратьев оставлен в Москве для расчетной работы.

Саров претерпел много сменяющих друг друга названий. 50 лет назад это был п/я 214 с почтовым открытым адресом: город Москва, Улица Октябрьского Поля, дом 1, квартира 51. Там была гостиница для приезжающих из городка командировочных. Вот почему «прогулки» по этой «Улице» являются экскурсом в историю создания ядерного щита страны – современной «канавки Пресвятой Богородицы», защищающей Ее удел – Россию.

На Улице Октябрьского Поля, в городке, собраны были выдающиеся ученые, инженеры, техники и рабочие – ассы со всей страны. В самом городке среди теоретиков звездой № 1 был, конечно же, Дмитриев Николай Александрович. В 1934 году, о нем, девятилетнем мальчике, писали центральные газеты: Коля – восходящая математическая знаменитость, вундеркинд, рождающийся раз в сто лет. В дневниках академика Сахарова есть запись: «Когда мы слушали доклады Дмитриева, мы ощущали себя детьми». Вклад Дмитриева в разработку бомбы громаден. Впоследствии стало известно, что им было сделано столько, сколько американцам хватило минимум на две Нобелевские премии. А у нас был 1 отдел. Да и Дмитриев был поразительно не честолюбив и не сребролюбив. Он не был даже кандидатом наук. Не имел никаких регалий. Так и умер безвестным.

Что ярко запечатлелось в памяти? Выдающийся трудовой порыв всего научного коллектива городка. Работа на «ура», дающая необыкновенное радостное ощущение, душевный подъем. И жертвенность. Помню, например, Юру Стрельникова, молодого аспиранта. Его темой было создание «импульсной нейтронной пушки». Надо было создать мощный источник нейтронов, имитирующий поток нейтронов при ядерном взрыве. Идея была такова. От блока урана с критической массой отрезалась часть, обеспечивающая «подкритику» (состояние, когда взрыв не начинается). Эту «добавку» закрепляли на быстро вращающемся диске. Диск медленно приближали к блоку урана. Когда «добавка» пролетала на микронном зазоре мимо блока, возникала «критика», и начинался взрыв, дающий поток нейтронов. По пролете «добавки» мимо блока взрыв прекращался. Установку сделали. Надо было испытывать. Для этого был создан бункер, и в одну из ночей эксперимент решено было проводить. Все кончилось трагедией. Погибли все. Живым остался лишь Юра: по молодости его устранили в дальнее помещение, «на всякий случай». Этот «всякий случай» жизнь Юрия сохранил, диплом кандидата физико-математических наук дал, но «добавил» слепотой и лучевой болезнью.

Через трагедии, напряженный труд всего коллектива ядерный щит в Сарове был создан. Он надежно защитил страну и дал ей возможность жить дальше. Враг «канавку» не одолел. На первый взрыв бомбы в 1949 году, летом, приехал в открытом виллисе Берия. Не спускаясь на многострадальную землю, он заявил с машины участникам эксперимента: «Вы знаете, какая жизнь в моих лагерях. Желаю успеха в том деле, ради которого вы здесь собраны». И уехал. Взрыв был успешным: звания лауреатов премий, звезды героев, звания академиков… Все посыпалось как из рога изобилия. Даже члены семейств ученых имели по распоряжению правительства за подписью Сталина права на бесплатный проезд любым видом транспорта, внеконкурсное поступление в любой вуз, внеочередное получение жилья и многое другое.

Прогулка наша по Улице Октябрьского Поля подошла к концу. Вспоминая подвиги народа нашей Родины (война, восстановление страны, создание ядерного щита и другие),понимаешь силу и величие России. Русские, оказывается, могут все. И помогает им в добрых делах, в защите и в укреплении страны молитвенная помощь наших русских святых, в том числе, и преподобного Серафима Саровского. В действительности то, русские святые и есть истинный щит нашей страны, хотя действия их и проявляются по современному.

Е. Цветков

Источник: Информационно-просветительская газета “Маковец”, выпуск от 26 июля 2012 года №13 (62)





Внимание!!!
При использовании материалов просьба указывать ссылку:
«Духовно-Просветительский Центр Свято-Троицкой Сергиевой Лавры»,
а при размещении в сети Интернет – гиперссылку на наш сайт:
http://www.lavra.tv/